Доктор Кто?  Новости  Титры  Фанфики  Клипы  Ссылки
 
Логин:
Пароль:
 
 
К списку фанфиков / Порознь

Название: Порознь
Автор: rosa_acicularis
Перевод: Tenar
Действующие лица: Роза Тайлер, Джон Смит.
Рейтинг: G
Оригинал: здесь
Саммари: Роза в 1913 году. Очень короткое AU к ‘Human Nature’.
Разрешение на перевод получено.
Дисклеймер: "Доктор Кто" принадлежит BBC, также как и все его персонажи. Автор и переводчик фика не извлекают никакой материальной выгоды от их использования.

Порознь

…а раз красный огонек мигает, то значит «идет запись», если я всё верно помню, а так как помню я почти наверняка всё верно, то есть все шансы, что ты это смотришь.
Отлично. Дивно. Чудненько.
Так вот, Роза, пока я еще не изменился… здесь всякая всячина — всякая важная всячина — о которой тебе придется помнить, пока меня не будет. То есть нет, прости, не так. Я никуда не денусь. Ты просто какое-то время не сможешь меня видеть. Но мы же оба знаем — мы ведь знаем, Роза? — что если что-нибудь не видно, это совсем не значит, что этого чего-то вовсе нет.
Да и потом — подумаешь, всего три месяца! Что такое три месяца в масштабах вселенной? Я вернусь так быстро, что ты даже не успеешь заскучать.
Хотя я никуда и не уйду, конечно.
Ну ладно, часы всё тикают, времени терять нельзя, так что давай к делу. Самое

первое:
Грязь. Комья и комья грязи, чавкающей под ногами. Грязь на подоле ее платья, на чулках, под ногтями. Густая липучая дрянь, которая не отдиралась, сколько бы она ни скоблила и ни ковыряла свои ботинки, и, несмотря на ледяную каменную ступеньку и стылый осенний воздух, она чувствовала, как за шиворот ей медленно сползает капелька пота.
— Гадская грязь, — бормотала Роза, тыкая в подошву заостренной палочкой. Палочка сломалась, и она швырнула ее на землю. — Гадская палка. — Она подобрала другую и снова занялась своим делом. На глаза ей, выскользнув из-под шпилек, упало еще несколько прядей волос. Она сморщила нос. — Гадское, отвратное столетие.
Поглощенная скорбным состоянием своих ботинок, Роза не замечала высокого мужчину, на ходу уткнувшегося в книгу, пока он не споткнулся об нее и не рухнул сверху. В скудном вечернем свете видны были только его неясные темные очертания.
Она вскрикнула от неожиданности.
— Эй, смотреть же надо!
Мужчина вскочил и выронил книгу, которую постигла грязная участь в ближайшей луже.
— О! Прошу прощения, я не… Я ничего не… — Он умолк и нахмурился. — Роза?
Края губ у нее сами собой поползли вниз, когда он произнес ее имя. «Кое к чему, — подумала она, — привыкнуть невозможно».
— Это я виновата, мистер Смит, мне не следовало здесь сидеть. Прямо у вас на пути.
Она собралась было подняться, но он остановил ее, неопределенно-умиротворяюще махнув рукой.
— Нет, нет. Хотя да, полагаю, так и есть, но обошлось без пострадавших. — Он проследил за ее взглядом, устремленным на загубленную книгу у него под ногами, и скривился. — Завтрашний урок, сражение на Березине. Хорошо ему досталось. — Он сделал попытку улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. — Уверен, мальчики вам будут благодарны.
Роза не отводила глаз от желтого листка, прилипшего к его левому ботинку. Иной раз было бы гораздо проще, если бы она не видела его лица.
— Я всё могу отчистить, сэр, если хотите.
Он наклонился и, ухватив двумя пальцами корешок, извлёк книгу из лужи. С нее капало. Одна из грязевых капель просочилась между страниц и шлепнулась на носок ее ботинка.
Она вздохнула.
— А может и нет.
Она рискнула бросить взгляд на знакомое (украденное) лицо и уловила непривычную решимость в том, как он на нее смотрел. Он с усилием оттянул обмотанный вокруг шеи толстый шарф.
— Весьма ненастно в последнее время, не правда ли? — И после секундного молчания уточнил: — Погода.
— Да, — сказала она. Ступенька была твердой, и она поёрзала. — Ненастно.
Опять повисло молчание. Его взгляд с ее лица постепенно переместился на дверь у нее за спиной, на школу с ее каменными плитами, лестницами и милями, милями твердых деревянных полов, которые требовалось отмывать со щеткой. Она хотела, чтобы он ушел.
Смит смущенно кашлянул.
— Прогуляться вышли?
«Нет, — не без яда подумала Роза, — кайф словить, с девчонками в грязи покувыркаться в лесби-стиле начала 20 века. Посмотреть не желаете?» За последние два месяца, когда ради соблюдения приличий то и дело приходилось прикусывать язык, у нее набралась внушительная коллекция непристойно-язвительных замечаний и совершенно опух язык.
— Да, сэр, — сказала она. Похоже, опять собиралось повиснуть тягостное молчание, и потому она добавила: — Вы тоже?
— Да, и заодно дочитать, не мог оторваться. — Он держал свою размокшую книгу на весу, и ему на пальто и брюки крапала грязевая капель. — Хотя, возможно, я сглупил, решившись совместить приятное с приятным.
Роза рассеянно кивнула и мысленно взяла себе на заметку не забыть вечером отчистить грязь с его брюк перед тем, как лечь спать, иначе в прачечной эти пятна от глины никогда не выведут.
— Возможно, сэр.
— Вы знаете, — сказал он, — у парадного входа есть решетка для обуви. — В его тоне была великодушная снисходительность, которая ей напомнила о женщине, ее начальнице в «Хенрикс», которая называла ее «Рози» и, давая ей инструкции, всегда употребляла только простые и короткие слова. Когда она не ответила сразу, Смит добавил: — Об нее грязь соскоблить гораздо проще.
— Я знаю, зачем нужна решетка для обуви. — Роза прикусила щеку изнутри. — Сэр.
— А, ну да, — сказал человек с лицом Доктора, и вид у него был потерянный. — Да, конечно же знаете.
Роза смотрела ему в глаза и думала: «Ты мне не нравишься. Я не хочу, чтобы ты мне нравился. Еще один месяц, и он вернется, а ты уйдешь, и совершенно ни к чему, чтобы ты мне нравился, если я этого не хочу». Но открытость и сосредоточенная решимость, ненадолго появившиеся было на его лице, стали вновь сменяться замкнутостью, в углах рта залегли складки, и она вспомнила, что он-то ни в чем не виноват, совсем ни в чем, ни капли.
Она вздохнула — облачко пара возникло в морозном вечернем воздухе — и уперлась подбородком в ладонь согнутой руки.
— Мне не позволено пользоваться тем входом, — сказала она, устало улыбнувшись ему краем губ. — Он не для прислуги.
На щеках у него проступили красные пятна.
— Да, верно… — Он запнулся. — Конечно, не позволено. То есть, я имею в виду, мне следовало помнить… — Он неловко переминался с ноги на ногу, уставившись в землю. — Я… Коли так, я могу ее для вас похитить.
Роза изумленно рассмеялась, и ее смех, звонким эхом отразившись от стен, рассыпался по двору.
— Вы бы украли для меня обувную решетку?
Он застенчиво усмехнулся.
— Вообще-то нет. Меня бы, понимаете, застали бы на месте преступления и немедленно уволили…
— А меня бы без вас вытурили быстрее, чем вы успели бы сказать «нахальная служанка»…
— И мы бы оба оказались на улице, и глядишь — день еще не кончился, а ботинки у вас уже опять все в грязи. — Он пожал плечами, выглядя совсем мальчишкой. — Стоит ли ради этого чего-то затевать?
Роза поняла, что усмехается, высунув кончик языка между зубами.
— Ваша преступная карьера закончилась, даже еще и не начавшись.
У Смита вырвался ребяческий смешок.
— Может это и к лучшему. Как-то сомнительно, что я приспособлен для жизни в бегах.
Улыбка умерла у нее на губах, и он в замешательстве смотрел, как она резко поднялась на ноги и, не отводя глаз от своих ботинок, отступила в сторону, освобождая проход.
— Простите, сэр. Не буду больше вас задерживать.
— Да, конечно. То есть… — Он кашлянул и кивнул. Рука его коснулась края шляпы. — Доброго вечера, Роза.
— Доброго вечера, мистер Смит.
Она ждала, пока он не прошел по каменным плитам, открыл дверь и закрыл ее за собой. Она стояла в молчании под моросящим дождем, слушая, как он идет в грязной обуви по свежевымытым полам.
Рука ее безотчетно поднялась к груди, к теплому металлическому диску, спрятанному в кармане у сердца. Это глупо, она знала — держать там что-то настолько драгоценное. Лучше бы ей было оставить это в Тардис, или спрятать у Смита в вещах. У служанок ничего подобного быть своего не может, и если это вдруг найдут…
Что ж. Значит, она не допустит, чтобы это кто-то нашел.
Кончиками пальцев она ощущала биение, тепло, волнами расходившееся от карманных часов, что, впрочем, легко могло быть лишь плодом ее воображения. Она с трудом сглотнула и опустила руку.
— Так, ну ладно, — сказала она, решительно кивнув. — Всего-то еще месяц в 1913-м. Пара пустяков.
Потом сняла ботинки, сорвала с себя чулки и прошла через всю школу к комнатам для прислуги босиком, шокировав по пути сестру-хозяйку, двоих своих напарниц-горничных и большую часть работавших на кухне.

Добавил: Regis | Просмотров: 1979 | Дата: 23.05.2010

Всего комментариев: 0

 

Все права на имена и названия принадлежат BBC и тем, кому они принадлежат.
Сайт является некоммерческим проектом.
При использовании материалов сайта ссылка на сайт обязательна.

eXTReMe Tracker