Доктор Кто?  Новости  Титры  Фанфики  Клипы  Ссылки
 
Логин:
Пароль:
 
 
К списку фанфиков / Его капитан

Название: Его капитан
Автор: osmonruna (osmonruna@yandex.ru)
Пэйринг: Джек/Йaнто
О чем: по следам 12 серии второго сезона.
Жанр, он же warning: слэш, пафос, отсутствие сюжета, эмо-зарисовка, но
Рейтинг все же NC-17, хотя до ПВП и не дотянуло
Размер: скорее драббл, чем минифик
Дисклеймер: все принадлежит Торчвуду

- Никому не отдать. Даже самой смерти...
Нет, этого Джек не сказал. Просто несколько мгновений серьезно и внимательно всматривался в еще затуманенные глаза Йанто. Тот лишь сильнее сжал их переплетенные в замок пальцы. На побелевших от напряжения костяшках розовела содранная кожа. Руки и тело были сплошь покрыты ссадинами и царапинами: последствия сегодняшнего взрыва. И еще лиловыми кровоподтеками, среди которых яркими пятнами выделялись багровые следы поцелуев - на ключицах, плечах... В отличие от почти мгновенно регенерирующего организма Джека его телу придется с неделю-две терпеть некоторые неудобства при резких движениях. Таких, как полчаса назад. И во время охоты на вивилов теперь тоже надо бы поаккуратнее...

Харкнесс не удержался и провел ладонью по щеке секретаря, задержавшись на шее. Уголок губ дрогнул в улыбке, Бровь слегка приподнялась – и вновь ничего, кроме промелькнувшей в глазах усмешки...
Йанто вздохнул.
Над головой, подсвеченные разноцветными лампочками и экранами мониторов, колыхались экзотические растения: разлапистые кротоны, папоротники различных сортов, капризные в уходе орхидеи... Надо бы полить... Когда они уезжали сегодня утром на задание, было как-то не до того, а теперь, когда все закончилось, пора возвращаться к обязанностям...
Ладонь капитана опустилась ниже, на грудь, реагируя на дрогнувшие мышцы...
- Куда собрался?
- Надо убираться. И кормить птеродактиля, и...
- Тс-с-с... Подождет...

Кажется, Йанто должен был уже привыкнуть к жадности и ненасытности чужого рта. К той хозяйской уверенности, с какой рука ложилась на границу щеки и подбородка и прижимала к себе с силой и требованием немедленного ответа. Требованием, устоять перед которым и сопротивляться которому не было ни возможности, ни желания...
Проваливаясь в поцелуй, Йанто ловил обрывки сегодняшних мыслей, воспоминаний о том, когда все началось? В момент первого знакомства, когда капитан, сверкнув белозубой улыбкой, протянул руку и назвал себя, а потом отклонился, не давая осмотреть укус, оставленный долгоносиком?.. А может, некоторое время спустя? Когда ошеломил знанием полного досье на Джонса, сотрудника Торчвуда 1 в Лондоне? Вся подноготная Йанто, включая связь с Лисой Хэллет... - не иначе как специально выяснял. Или во время такой же, как сейчас, мощной хватки - ни пошевелиться, ни вздохнуть – после поимки птеродактиля. Как они хохотали тогда, что все закончилось без потерь... Потом уже было не до смеха обоим. И, кажется, за 21 месяц совместной работы не было больше мига, когда кто-то чувствовал себя так легко и так... счастливо.

Джек не любил открывать глаза, когда целовался – это отвлекало от ощущений и от партнера. Но сейчас, вглядываясь в лицо Джонса, ему больше всего хотелось избавить того от хмурой складочки у бровей, стереть губами, руками, силой мысли и жизненной энергии какую-то обреченность, которая почти всегда появлялась у Йанто в эти минуты. Харкнесс никогда не задумывался, любит ли... Осталась ли в нем эта способность, за отсутствие которой еще не так давно его безжалостно отчитывал нынешний любовник. И сейчас, проникая в горячий рот, ища отклика, Джек не знал, как по другому объясниться... Слишком много лет на этой планете. Слишком быстрая смена времен, людей. Слишком частые потери. Боль утраты. Им всем только кажется, что можно к этому притерпеться, смириться. Родные лица: возлюбленные, члены команды… Он же давал себе слово, что не станет допускать привязанностей, начинать заново, потому что терять опять... немыслимо - невозможно. Но снова победило почти невыполнимое - не отдать...

Одни пальцы отпустили другие, но только лишь для того, чтобы вцепиться в плечи, награждая новыми синяками. Одежда давно разбросана по полу. Скомканная рубаха и, по всей видимости, пряжка ремня больно впиваются Йанто в поясницу. Пол холодный, но они этого уже не замечают, распаленные и захваченные ожиданием новой волны. Оба задыхаются. Йанто выгибается и запрокидывает голову, когда Джек прикусывает его сосок...

- Я в размышлениях..., вы и он?..
- Мы... балуемся...

Марта Джоунс. Женщина с шоколадным оттенком кожи. Мулатка. Ничего общего с Лисой, никакого сходства, кроме происхождения и странных взглядов, которые направлены в его сторону, когда она думала, что этого никто не замечает. Но с него достаточно. Прекрасная доктор Марта, так давно и так близко знавшая Джека. Он бы никогда не решился спросить. Да и незачем. Сегодня, глядя на таймер взрывного устройства, Джонс был уверен, что умрет. А рядом не было никого. И ни о ком не думалось в то мгновение, и вообще не думалось ни о чем – только о щелкающих красных цифрах: 3...2...1...0. Абсурдных в своей неумолимой медлительности.
А тремя часами позже… кто ответит, когда постыдные и неуклюжие, в общем, движения стали для них привычными и естественными. Предвкушение болезненной наполненности и не-одиночества. Обладания и единения. Когда каждым позвонком и каждым волоском на затылке чувствуешь, где находится другой в этот момент. Знание, что он тоже чувствует. Даже о чем думаешь. Хотя вот этого как раз и не надо бы...

После губ Джека на языке остается горький привкус коньяка. Подбросив Оуэна до дома и отправив Тошико с Гвен и Рисом, они рванули в бункер, практически не разговаривая по дороге. Пока Йанто обрабатывал саднящие ранки, Джек налил себе одну, потом вторую порцию. Первую он выпил залпом, не смакуя, ожидая, когда на лестнице послышатся шаги секретаря. Когда ждать стало совсем невыносимо и он готов был окликнуть Джонса, тот наконец появился в кабинете. Даже успел сменить рубашку. И до сих пор от чуть влажных волос Йанто пахло мылом и холодной водой.
- Что писать в отчете по «ловушке»?
- Сегодня – ничего. Или пока вообще ничего… Надо купить коньяку, этот кончается. – Джек поболтал перед носом полупустым штофом, на что Йанто в ответ только кивнул. Он запомнит.

Аромат бренди еще не успел рассеяться в воздухе, смешиваясь с запахом свежего мужского пота, секса и отчаянного страха. Боязни того, что этот раз вдруг может оказаться последним. Поэтому Джек знал, что будет сейчас брать своего любовника еще и еще. И Йанто тоже не скажет: больше не могу. Только сильнее стиснет зубы или сожмет ими свое запястье, чтобы не кричать в голос и удержать стон приближающейся разрядки. Так будет, пока не останется ничего, кроме вдохов и выдохов, слитых в унисон, сплавленного – одного на двоих – тела. Легкого – без мыслей и забот – сознания. Когда Харкнессу покажется, что он по-прежнему жив, потому что Йанто поделился с ним своей смертностью, а другой помнит лишь о том, как с первой минуты знал, что этот человек станет частью его самого. Без Джека, соединившегося невероятным образом в его голове с памятью о погибающей Лисе, абсолютно бессмысленным стало бы для Джонса само существование…

- Джек... - шепчет, отдышавшись, Йанто, - я... сейчас.
Он все же лезет рукой за спину и вытаскивает из вороха одежды не жесткую пряжку от ремня, а свой старенький секундомер, выпавший из кармана брюк. Палец сам нажимает на кнопку, и под громкое тиканье они заливаются смехом... Хохочут до истерики, до колик в животе - и никак не могут перестать...
Время принадлежит только им. Оно идет вперед по приказу и остановится, когда они захотят. А потом возвратится к началу, и кажется, так будет всегда.
Наконец Джек подтягивает за полу свою насквозь пропыленную капитанскую шинель и укрывает обоих, спасая от сквозняка. Они засыпают, деля дыхание, и последняя мысль Джека, что пора бы уже уговорить Йанто перебраться в его нору – подальше от любопытных глаз. Хотя он и запретил себе думать, что просыпаться в чужих объятиях становится слишком необходимой и опасной привычкой...

Два дня спустя, когда секретарь замечает приглашающий жест капитана, он вновь поднимается по металлической лестнице наверх и присаживается на край стола, где Джек работает с бумагами.
- Йанто, дай руку.
Тот протягивает правую ладонь.
- Нет, другую.
И сам берет узкие пальцы, надевая на безымянный точеное литое кольцо из серого титанового сплава. На внутренней поверхности рассыпается сотами монограмма Т и название организации: Torchwood – так же точно, как на фирменном оружии.
Вообще-то Джек заказал пять штук таких колец – по количеству членов команды. Он отдаст им… завтра или потом… когда-нибудь. А может просто оставит три в ящике стола, и они сами обнаружат их, когда… если он уйдет. А сейчас, держа в ладонях лицо Йанто и целуя его, он утверждает свое право на этого человека. Джонс принадлежит Торчвуду и лично ему – Джеку Харкнессу. До тех пор, пока они живы, а капитан знает, к кому и почему возвратился. И станет возвращаться снова, раз за разом. Пока есть что и кого терять...

Добавил: Regis | Просмотров: 3696 | Дата: 23.05.2008

Всего комментариев: 0

 

Все права на имена и названия принадлежат BBC и тем, кому они принадлежат.
Сайт является некоммерческим проектом.
При использовании материалов сайта ссылка на сайт обязательна.

eXTReMe Tracker